2017 not afraid

2017 smeni

Внимание! Важные изменения в списке вещей.

ВНИМАНИЕ!
Всем, кто едет в 3 смену.
Мы встречаемся 4 августа в 8:30 в Благовещенском храме на Литургии, затем грузимся в автобусы и едем в Мышкино.

Даты смены: 4 августа - 20 августа
Телефон начальника смены: 8-963-770-65-43 (Димитрий Андреевич)

2017 telephon

Доп. телефоны см. в разделе контакты.
2 смена - в процессе;
3 смена - места есть. (14 июля 2017). Запись по предварительной заявке (по телефону).

Как выбрать лагерь

Что такое православный лагерь

Детским лагерем мы занимаемся давно. И на этом пути часто задаем себе вопрос, а в чем же, собственно, отличие нашего, да и вообще любого православного лагеря, от аналогичных светских учреждений? Этот вопрос, наверное, аналогичен вопросу об отличии жизни верующего человека от атеиста. Можно найти много внешних отличий. Но короткий и лаконичный ответ здесь такой: отличается весь строй жизни.

 

К сожалению, для православных лагерей вопрос «что такое детский лагерь «вообще»» как нельзя актуален. Потому что, отказавшись от «достижений» современного лагерного дела, и взявши за основу традиции церковной жизни, мы должны на этой основе добротно построить хороший полноценный детский лагерь. С наполненной, интересной и полезной программой. И только после этого можно говорить об отличиях и «православности» лагеря.

 

Собственно, православный лагерь отличается от обычного каждым своим элементом: и большим и малым. Идея лагеря и его цель; программа смены и что за люди будут заниматься организацией, и ради чего они будут трудиться? Какие вожатые будут непосредственно взаимодействовать с детьми? Что это будут за дети и зачем они поедут в лагерь. А зачем родители приведут своих детей в лагерь? Ответ на каждый из этих и многих других вопросов должен быть, что называется, во славу Божию. Вот тогда лагерь получиться православным.

 

Например, детям попасть в наш лагерь не так-то просто. Во-первых, в наш лагерь нужно хотеть попасть. И если 10-летнего ребенка, как правило, в лагерь записывают родители, то для 15-ти летнего такой номер не пройдет. Во-вторых, чтобы тебя приняли в лагерь нужно уметь выполнять определенные Правила. Они касаются, прежде всего, вредных привычек и неправильного отношения с противоположным полом. Иначе от пребывания в православном лагере смысла не будет. И, в-третьих. Все мобильные телефоны, электронные игры, плеера и пр. придется оставить дома. Ведь в лагерь едем, чтобы жить вместе, а эти электронные устройства нас разделяют. Зато мы берем любого, кто эти правила может и хочет выполнять. Конечно, основной состав детей из Москвы, но к нам также приезжают дети из всей России.

 

Условия жизни мы выбрали построже. Конечно, выбор делали не мы, но мы его полностью разделяем и поддерживаем. Дело в том, что в комфортные условия, да еще если куда-нибудь в Крым, то туда поедет любой. А вот прежде, чем ехать к нам, каждый много раз подумает – нужно ему это или нет. Большие палатки, еда практически на свежем воздухе, да и ее нужно готовить самому. Вместо душа – речка, а стиральной машины и водопровода с горячей водой в лагере нет вообще! Конечно, мы всеми силами стремимся облегчить наш быт. Как мы это делаем – позавидует любой «новый русский». Ведь туристы живут совсем дикарем, а мы стараемся все приспособить и к жаркой погоде и к дождику. Готовим мы не на костре, а на печке. Кушаем на открытом воздухе, но под навесом со столами и лавочками. И на ночь нас ждет не душный капрон, а настоящая брезентовая палатка с ровными и высокими настилами.

 

Нас часто спрашивают про программу. Какая у вас в лагере программа? А для нашего лагеря сам вопрос не совсем правильно поставлен. Программа – это там, где нечего делать. А у нас по определению от трети до половины времени занято самообеспечением. Каждый отряд по очереди дежурит. Готовит еду. Дрова мы заготавливаем сами, о питьевой воде тоже приходится позаботиться нам самим. И это одновременно и интересно и необходимо! «Хочу» и «надо» здесь нераздельны! Особенно, когда отрядом управляет опытный вожатый. Мы с радостью направляем наши педагогические усилия на то, чтобы быстро и легко научить детей всем бытовым премудростям. Ведь это очень интересно 11-13 летнему парню научиться рубить дрова и топить печь, а девочке научиться, хоть немножко, готовить еду.

 

Собственно программа начинается после того, как основные хлопоты закончены. Направлена программа на построение детского коллектива. Скажу по секрету, что нам в этом деле очень помогает отсутствие мобильников и пр. А составными частями в программу входят вечерние «костры», походы, подвижные игры и спортивные игры. На вечерних кострах бывают сценки, спектакли, беседы и викторины. Особый вопрос – по поводу посещения Богослужений. Даже для взрослого человека поход в храм – это всегда тяжелый труд. А для ребенка, так вообще подвиг. А если в храм ходит весь лагерь? Ходят и взрослые и дети! И ходят регулярно! И утром и вечером! То подвиг остается, но делается незаметным. «Все идут, и я иду; всегда ходим и сегодня идем». Иногда я настолько привыкаю к тому, что дети в лагере ходят в храм, что искренне удивляюсь, узнавая от некоторых родителей, что их дети ходят в храм или причащаются только в лагере!

 

Наверное, самое радостное, что есть в нашей работе – это отчетливое и сильное ощущение того, что организация православного лагеря – дело Божие. И о результатах нашей работы мне есть что ответить. Воцерковившиеся и социализировавшиеся дети, вожатые, благодаря лагерю окрепшие и ставшие «настоящими людьми» и много много другого. Но все это становиться видно только когда непосредственно участвуешь в таком вот православном детском лагере, как наш «Богослово».

 


Нужен ли ребенку лагерь

 

(мнение  священника)

 

Вопрос о летнем отдыхе наших детей в православном лагере сродни вопросу о том, как вообще воспитывать ребенка в отношении к окружающему миру. Наверное, в идеале (могут думать некоторые православные) было бы лучше, чтобы дети вообще никак со внешним («лежащим во зле») миром не соприкасались бы и обитали бы всю свою земную жизнь «от колыбели до могилы» в неком стерильном в нравственном отношении пространстве, извлекая только положительный опыт, и без особого труда унаследовали бы Царство Небесное. Боюсь, однако, что такого рода чистый эксперимент вряд ли осуществим. И по причине того, что от мира вообще никого нельзя полностью отгородить, и по причине того, что, как говорит Сам Христос: «Царство Небесное силою берется». От мира отгородить нельзя еще и потому, что мир, как  говорят  святые отцы, «совокупность действующих в человеке страстей», имеет в душе каждого человека своих  греховных агентов или соглядатаев. И с этим фактором (проявлениями собственной внутренней греховности) каждому человеку приходится сталкиваться достаточно рано – еще в детстве, в особенности  - с началом периода взросления, становления личности.  Поэтому – далее – неизбежно возникает проблема: что именно и как должен предпринять сам ребенок, а также и взрослые, чтобы, не живя в стерильной атмосфере,  обрести противоядие от греха,  научиться  нравственному труду по преодолению собственного несовершенства, а для начала - осознать необходимость этого труда.

 

 

     И здесь нет одного рецепта на все случаи жизни, точнее – нет одного рецепта на каждого ребенка. Кому-то православный лагерь может быть безусловно полезен, а кому-то может  чем-то и повредить. Но если поставить вопрос, что называется, ребром – «да» или «нет» православному лагерю, то надо сказать -  «да!»  - ведь всегда лучше попытка некоего (пусть и имеющая свои риски) созидания, чем трусливое ничего не делание под предлогом «кабы чего не вышло». В особенности это очевидно, если мы задумаемся, насколько современный светский мир агрессивен в своем массовом наступлении на сознание человека, в особенности – на сознание именно детское, юное – когда секулярная идеология «общества потребления»  использует все современные новейшие технологии «мобильности и повсеместности». И здесь, наверное, более важным является не просто вопль отрицания, сколько – формирования православного пространства, христианской жизнедеятельности, не выпадающей из этого мира, не изолированной от него полностью, но умеющей быть во Христе в этом мире, вовсе не жертвуя Евангелием и заповедями как таковыми,  напротив – находя способы и образы их осуществления. Подобного рода задача это, кончено, весьма серьезный труд и ответственность, но в собственном смысле христианство и не может быть иным, а желанию христианской жизни лень и расслабленность крайне противопоказаны.

 

     Порой говорят, что настоящий православный лагерь  это «общение под присмотром и без препятствий: компьютеров, плееров и электронных игр». Думаю, что сие не есть самое главное достоинство православной «лагерной системы», если таковая вообще существует (отсутствие или контроль над такого рода явлениями современной жизни – совершенно естественно, поскольку  неизбежно должны входить в организационную структуру совместного пребывания в лагере). Главный и важнейший фактор - это, скорее, опыт того, что называется «социализацией», первые пробы самостоятельности и, одновременно, общности уже вне привычной семьи, а также – совместная молитва. Дело здесь также не в принуждении к общей молитве (излишнее формальное принуждение бывает вредно), а в том, чтобы дети ощутили начало соборности в Церкви, когда молитва является и «общей» и, в то же время, ты в ней участвуешь непосредственно,  самостоятельно, приобретая навык и вкус молиться. Так, помню, совершение утренних и вечерних молитв в храме, близ которого базируется лагерь «Богослово»,  лично у меня, как священника, оставляло вполне вдохновенные впечатления – может быть потому, что дети старались молиться сами и храм тот, фактически без иконостаса – с очень упрощенным временным (после советской разрухи), наполнялся действительно живой молитвой. Последнее в деле православного воспитания является самым важным. Можно ребенка водить с собой на все «взрослые» службы, можно причащать его каждую неделю  и – перестараться так, что когда он вырастет, то Церковь перестанет быть для него святой, наскучит - и это становится опытом воспитания «православного атеиста», чему примеров за последние годы мы, к сожалению, имеем немало.  Православный летний лагерь, конечно, не является гарантированным средством формирования верующей личности. Будем считать, что это наша общая попытка наших же детей православием заинтересовать через опыт общения со сверстниками, другими взрослыми и возможный опыт не только совместных дел, труда, но и – молитвы. Можно, конечно, и это все формализировать,  но как раз в такого рода предприятиях взрослым христианам нужно и самим учиться быть живыми и ответственными. То есть, в такого рода мероприятиях многому могут научиться не только дети, но и взрослые.

 

     Иногда спрашивают: «Есть ли опасность «научиться плохому» в лагере, ведь, несмотря на все труды, в лагере всегда бывают дети, которых приходится выгонять?» - или: «Верно ли, что хороший родитель своего ребенка в лагерь не отдаст, ведь если в семье «все в порядке», то лагерь ребенку не нужен?» На это можно ответить, что если, действительно,  в «семье все в порядке» (то есть ребенок живет в атмосфере настоящей христианской родительской любви), то опыт встречи с другими детьми повредить не может. Да, этот опыт может оказаться трудным, содержать в себе определенные риски, но ведь рано или поздно любой человек начинает взрослеть и все равно сталкивается с окружающим миром, зло которого преодолевается только во Христе. А чтобы научиться преодолению зла, нам нужно вообще не бояться жить. Тогда и наши дети будут иметь шанс этого не бояться.

 

Священник Андрей Спиридонов.